Записки из страны детства

Записки из страны детства

31 Января 2019
Записки из страны детства

Надежда Чудова

Каждому Господь дает те уроки и тех людей, которые необходимы именно ему и именно в этот момент. Бывает, что доброе и полезное подается нам от тех людей, от которых мы этого и не ожидаем. Мне хочется поделиться теми неожиданными уроками, которые давались мне во время работы воспитателем.

Детский дом, в котором я работала, находился в сельской местности (сейчас он закрыт по госсокращению). С одной стороны нашего учреждения находилась школа, с другой – храм. Это давало возможность посещать с детьми богослужения, участвовать в таинствах.

У меня была группа из самых младших детей (от 1-го до 5-го класса). Всего лишь 14 человек. Но когда приходишь в группу, тебя одновременно окружают 14 ребятишек, все они начинают одновременно делиться своими радостями и горестями, искренне ожидают внимания, душевного тепла и задают массу важных вопросов. И каждому хочется, чтобы ответили именно ему и именно сейчас. Как одной воспитательнице одновременно ответить на 14 вопросов? Как уделить внимание каждому? Как никого не обидеть, не оставить незамеченным? Лично я терялась, как решить эту задачу. У меня было много ошибок и «ляпов», о которых сейчас сожалею и которые уже не исправить.

Но каждый из моих деток зачастую поворачивался такой стороной души, что я уже не удивляюсь поговорке «устами младенца глаголет Истина». О каждом из них можно многое рассказать, все детки имеют за своими хрупкими детскими плечиками множество перенесенных скорбей и трагедий. Но в тем большей степени Господь помогает таким малышам. И, думаю, у них стоит поучиться и мужеству, и терпению, ведь многие наши скорби незначительны в сравнении с их скорбями.

Лиза

Эта удивительная девочка иногда выдавала такие суждения, каких не услышишь и от давно воцерковленных.

Это не ты Его нарисовала, это ОН ДАЛ тебе СЕБЯ нарисовать

Вот, например, проходит кружок ИЗО. Все сидят за одним большим столом, составленным из нескольких парт. Комната залита солнышком, настроение творческое. Тема свободная. Одна девочка – тоже Лиза, только постарше – размышляет вслух, что бы ей нарисовать. Решает срисовать икону Пресвятой Богородицы. Я осторожно возражаю:

– Ведь это образ Самой Царицы Небесной, сможешь ли?

Надо сказать, что у этой Лизы есть и художественные способности, и гордынька.

Лиза настаивает:

– Я хочу! Ведь срисовала же я икону Господа!

Это действительно было и получилось у нее хорошо. Большая Лиза упрямится и пытается срисовать образ. У нее не выходит, и она возмущается:

– Ну, почему не получается?! Ведь срисовала же я Господа!

И тут маленькая, восьмилетняя Лиза ей отвечает:

– Это не ты Его нарисовала, это ОН ДАЛ тебе СЕБЯ нарисовать.

У меня до сих пор нет такого восприятия жизни. Как часто, когда у нас что-то получается, мы присваиваем себе все заслуги, в то время как «без Господа не можем ничего творить».

Еще о Лизе

Однажды делаем уроки со вторым классом. Приходят наши пятиклашки (они учатся во вторую смену), среди них есть мальчик Вадим. Ему 12, начинается переходный возраст. Вадим стремится быть лидером и усиленно противится всем авторитетам и утверждениям. Надо сказать, что в нашей группе все воспитатели верующие, стараются ходить в храм, воцерковляться. А значит, все дети знают, что наш мир и человека создал Господь. Так вот, заходит Вадим и с порога заявляет:

– А нам в школе сегодня сказали, что человек произошел от обезьяны, а вовсе не Господь нас создал.

Возникает короткая пауза.

Я не успеваю даже начать что-либо объяснять, как та же маленькая Лиза говорит:

– Ну да, Вадим, ты, может, и от обезьяны произошел, а меня Господь создал.

Вадим и не рад уже своим словам – кому хочется быть родственником обезьяны? Другое дело – быть чадом Божиим! Вот такое чадушко эта самая маленькая Лиза. Ей было тогда всего 8 лет. Родители в разводе. Отец в тюрьме. Мама лишена родительских прав. Дедушка с бабушкой, мягко говоря, не любят маму Лизы. Представьте измученное сердечко этого ребенка. Она любит каждого из родных, а они ссорятся. Эта скорбь, боль сердца – страшнее физической. И при этом она умудряется каждого утешить, подолгу разговаривая по телефону.

Несмотря на трудности, Лиза не озлобилась. У нее осталось любящее, утешающее сердце. Мне бы тоже хотелось хоть капельку ее мужества. Хочется добавить, что родным Лизы все же удалось оформить опеку, хотя это казалось невозможным. Но, по молитве ребенка, невозможное стало возможным, исполнилось ее желание, слава Богу.

И снова о Вадиме. И его сестре Кристине

Этот мальчик жил по законам мира сего. Всеми приемлемыми и неприемлемыми средствами он завоевывал для себя лучшее место под солнцем. Лучшее яблоко, самая красивая одежда, игрушки должны доставаться Вадиму, и неважно, что для этого придется, например, обидеть младшего. У Вадима была сестра, Кристина, она уже выпустилась из детского дома и училась в городе. Она очень старалась, чтобы Вадим чувствовал, что у него есть семья. Она вырывалась на выходные в село и привозила братишке гостинцы – лакомства и даже одежду. Средства использовала из тех, которые выдавали для нее самой. Вадим очень радовался таким приездам сестры. Сказать радовался – этого мало, мальчишка просто оттаивал. Но когда приходило время Кристине уезжать, Вадим никак не мог с этим смириться. Он держал сестру за руку, не давал ей уходить, плакал, ругался. И трудно было поверить, что это тот самый мальчик, который всегда с известной долей презрения и ухмылкой относился ко всякого рода неприятностям, вроде того, если за что-нибудь отругают, или даже если ненароком упадет и ушибется. По крайней мере внешняя реакция на трудности – ухмылка и какая-нибудь шутка. Никаких сентиментальных переживаний и слез. И тут такое. Для него это было настоящее горе… Кристина все-таки уехала.

Подошло время обеда. Все наши малыши пошли кушать, а Вадим отказывается. Уже не плачет, но переживает. Сел, отвернулся от всех, закрыл лицо руками. Пробую с ним поговорить, слова подбираются с трудом.

– Ты сильно переживаешь, тебе, наверное, совсем не хочется, чтобы Кристина уезжала? Одиноко, и кажется, что ты один на белом свете. Я тебя понимаю, я чувствовала похожую боль, когда умер мой отец. Да, не у всех людей полные семьи. Но все же, слава Богу, у нас есть близкие, дорогие люди. А ведь бывает так, что человек совсем один на белом свете. Вот, посмотри сам, у тебя хотя бы есть Кристина, а в нашей группе есть такие, у которых вообще никого нет. Вот, например, Саша – мама умерла, а братьев, сестер и других родственников нет. И никто к нему не приедет, не привезет гостинцев (хотя совсем не в них дело, ты же понимаешь), не назовет даже братишкой никогда. Понимаешь – НИКОГДА. Ведь ты сам знаешь, что родных не заменят никакие самые добрые, но чужие воспитатели.

Реакции на свои слова я не увидела никакой. Оставила Вадима в группе – на переживания тоже необходимо время. Но вот настало утро следующего дня: дети позавтракали, и начались суматошные и деловитые сборы в школу. Каждый занят своим делом: кто-то решает, какую рубашечку одеть, кто-то собирает спортивную форму, я помогаю всем по необходимости. И вдруг вижу такую картину: Вадим помогает одеваться Саше (тому, у которого нет родных). Отдает свои любимые серые брюки (Вадиму они чуть-чуть маловаты, но он всегда ревностно охранял их и доказывал, что это его и он никому не отдаст). Саше они, конечно, чуть великоваты, но Вадим не оставляет своей цели – «добывает» ремень, и вот, Саша наконец-то собран. И сразу видно, что собирался он не сам, обычно его надо подправлять, а тут видна рука Вадима, который любит лоск и аккуратность. Собирать кого-то из младших в школу, а тем более отдавать свои вещи – это совсем несвойственно Вадиму, скорее, наоборот, надо ожидать, что он отберет у младшего какую угодно понравившуюся вещь, и следить, чтобы такого не произошло. А уж заботиться о ком-то – это уже из ряда вон!

Вадим смог, несмотря на свое личное горе, помочь тому кому, кому было труднее, чем ему самому

Я смотрю на собранного Сашу, на деловитого Вадима – и понимаю, насколько же удивительно устроена душа человека, а тем более ребенка – маленького, но уже человека. Вадим смог, несмотря на свое личное горе, помочь тому кому, кому было труднее, чем ему самому.

Как часто мы в своих жизненных трудностях оказываемся неспособны подняться над своим горем и увидеть чужую боль, запрятав в глубину свою собственную, служить и помогать другим. Думается, Господь и ждет от нас этого – «отвергнись себя, возьми крест свой и следуй за Мною» (Мф. 16, 24) и «возлюби ближнего своего, как самого себя» (Мф. 22, 39). Я так не могу. А маленький, двенадцатилетний ребенок смог, пусть совсем на чуть-чуть, отвергнуться себя и посочувствовать другому, помочь, дать капельку тепла, несмотря на то, что сам горевал о своей оставленности. Он сам грустил о сестренке, и, возможно, ему хотелось поступить совсем по-другому.

Кристина тоже не совсем обычная девочка, общалась я с ней совсем немного, пару летних месяцев до того, как она выпустилась, к тому же она была в старшей группе. Эта девочка приходила к нашим малышам и проводила с ними время: то читала что-нибудь, то просто разговаривала. С ней приходили некоторые другие девочки. Кристина говорила: «Вот, мы тоже были маленькими, и нам очень не хватало материнской заботы, душевной теплоты, общения, внимания взрослых. Нам хотелось ласки и внимания побольше, но у нас этого не было». И когда она подросла, стала сама ходить в младшую группу и уделять внимание малышам. «Пусть им будет лучше, чем нам». Вот такая девочка.

Обычно бывает наоборот: «Ах, со мной так поступили, значит, и я так буду поступать». А надо так – тебе зло, а ты в ответ – полною мерою, от всего сердца – добром. Мне чего-то не хватало, так пусть у другого не будет такой нужды, если, конечно, я смогу ее восполнить. Как легко ложатся эти строчки на бумагу, но как же трудно это бывает в жизни. Тут уж хотя бы не обидеться, сдержать злые мысли.

Настя

Родители ее умерли. У нее была болезнь, из-за которой в горлышке ее вставлена трубка, поэтому Настя в школу не ходила – учителя приходили к ней. Настя – очень живая девочка, деятельная, неунывающая, любит пообщаться, любит ходить в храм. Справедливости ради нужно сказать, что в храме Настюшка вовсе не стоит как свечка – то разговаривает со свечницей и помогает, выполняя какие-нибудь легкие поручения, то общается и отвлекает прихожан. Но кто знает сердце человека? Мы, люди, можем видеть только внешнее, а мысли, сокровенные чувства и молитвы видны только Богу, праведно и милостиво судящему нас. Ей, как и другим деткам, очень хотелось, чтобы ее забрали родственники – родные тетя и дядя, которые уже забрали ее младшего братика. Но саму Настю не отдают по причине болезни, и шансы на исполнение ее мечты равны нулю. Мы, воспитатели, собирая детей в храм, говорили, что Господа обязательно нужно просить – молиться о своих сокровенных желаниях, и Господь поможет, если это доброе дело. И Настя молилась, как умела – и о своих родителях, и за себя. И вот однажды подбегает ко мне и говорит: «А меня заберут! Меня тетя заберет, мне Лада Георгиевна (завуч) сказала!»

Это настоящее чудо Божие по молитве детского сердечка, твердо верящего во всемогущество Божие

Я же, зная, что это невозможно, и говорила мне об этом та же Лада Георгиевна, все-таки говорю: «Очень рада за тебя, слава Богу!». Ведь нельзя же так вот взять и разрушить надежду маленького человека, но и давать ложные надежды тоже нельзя. Сама, конечно, сразу иду к завучу, чтобы выяснить правду. И тут оказывается, что действительно чудесным образом удалось оформить опеку, хотя сначала в этом категорически отказывали. Это настоящее чудо, чудо Божие по молитве искреннего детского сердечка, твердо верящего во всемогущество Божие. Как же иногда не хватает такой веры! Бывает, накатывает какая-нибудь житейская туча – и опускаются руки, словно забываешь, что Господь всегда рядом. Даже если упал, расшибся, и кажется, что Господь оставил тебя и все обстоятельства против, на самом деле просто сейчас нужно чему-то научиться, что-то исправить или, может, просто потерпеть, чтобы не пришлось терпеть вечные муки в будущей жизни. И снова выглянет солнышко, разведет Господь грозные тучи и помилует.

Только бы не оставлять веры, не отчаиваться. Ведь маленькой Насте было, наверное, нелегко победить малодушие и продолжать молиться, хотя все взрослые (доброжелательные и заботливые, а вовсе не равнодушные и злые) говорили, что ничего не получится, хотя они и рады бы помочь. И ее вера победила.

***

В нашей группе было 14 деток, 10 из них забрали в семьи, затем – еще двоих. Очень хочется, чтобы Господь уберег их, управил по жизни и защитил, чтобы каждый из них шел к Богу, хотя бы маленькими шажками.

Имена детей – настоящие. Если можно, помолитесь о них – таким деткам очень трудно адаптироваться в этом мире без поддержки родителей. Вот их имена: Михаил, Вадим, Сергей, Елизавета, Юрий, Михаил, Александр, Даниил, Артемий, Алексей, Ангелина, Елизавета, Зинаида, Виктор, Кристина (сестра Вадима). Да сохранит Господь всех сирот и оставшихся без родительской заботы!

Надежда Чудова

31 января 2019 г.

НаверхНаверх